История сайта и нетленка, Здесь будем собирать мал по малу :) Опции

[АнтонА]

Не знаю правильно ли это делать здесь, но лучше это где-то делать, чем не делать ничего, имхо так :-)))

[loto]

А вот, провел плодотворное журналистское расследование. Как в яме с говном искупался. С каким удовольствие мы потом заполонили тот район журналами. Журналы были везде, даже в Смольном.


Сучий бизнес

(термин «финансовая секта» придуман автором)

Как и все, я полагал, что в пирамиды попадают, скажем так, люди недалёкие. Потому меня изрядно перекосило, когда с предложением «отлично заработать» ко мне обратился мой друг – человек совершенно адекватный, рассудительный и очень порядочный.
Да что же, чёрт возьми, там происходит? – спросил я себя (и своего друга тоже). Как такое вообще может случиться с образованным, взрослым человеком? Мы проговорили целый вечер, пытаясь понять, что там происходит, и решить, что теперь делать.
К чести моего друга Дениса, он решил больше никого не тащить «в счастье». Предпочёл остаться человеком. Да, потерявшим деньги, но человеком…

А казачок-то засланный!
Что делать. Решили прикинуться правоверными овечками и, зажав носы, не-много поучаствовать в этом спектакле, хотя и понимали, что в «алтарь» нас не пустят. Тактику выбрали простую: всё время идти чуть-чуть не в ногу, стать проблемными, непонятными клиентами, пытаться сломать обычный сценарий. Наблюдая же за реакцией на эти сломы, делать свои выводы.
На охмурёж, кстати, стараются заманить и жену клиента, дабы она потом не обзывала мужа безмозглым ишаком и не портила ему «бизнеса». Роль жены согласилась исполнить моя знакомая (психолог по профессии). Половина Питера знает её в лицо, но она была абсолютно уверена, что в этой клоаке своих знакомых не встретит (и не встретила).
Наша троица тогда и не подозревала, насколько познавательным окажется этот разведывательный рейд.


Ошибка коллег журналистов
Не так давно в телепередаче «Человек и закон» прошёл сюжет об этих гадючниках. Коллеги с ТВ выдвинули версию: мол, там людям в кофе что-то подсыпают, а в звучащей на шабашах музыке, мол, содержатся звуковые коды, гипнотизирующие людей.
Думаю, руководители сект изрядно порадовались на экран глядючи. Только-то им и осталось сказать: что вы, товарищи, мы не колдуны, зелий приворотных не варим. Наговаривают на нас журналюги злые! А можно и вовсе ничего не говорить, – и без того ясно, что чушь.
Коллеги, похоже, беседовали лишь с жертвами, а на самих-то шабашах финансовых сект не бывали. Естественно, вляпавшись в такую погань, люди чисто психологически склонны винить кого и что угодно – хотя бы даже и гипноз. Мол, это я под гипнозом партизана повесил, а вообще-то я наш, советский… Я не кину в них камень, ибо точно знаю, что используемые там методы понадёжнее гипноза… там – практическая психология.
В финансовых сектах, знаете ли, речь вообще не идёт об одноразовом отъёме денег у напившегося кофе клиента. Всё хуже: там наших граждан, за их же деньги ссучивают и превращают в соучастников.
Да, финансовая секта расставляет сети, но палкой и гипнозом туда никого не загоняет. Принципиально важна добровольность и осознанность решения. Секта всегда готова к мелким неудачам и даже планирует их. Доподлинно неизвестно, какой именно процент граждан не хочет садиться в их, как они выражаются, «поезд счастья». Какой процент соскакивает с этого поезда, как мой друг, уже на ходу (деньги за билет, в этом случае, не возвращаются). Думаю, таких немало. Выбор ведь у человека всегда есть… пока он ещё человек.

Отличительная особенность
Обычным финансовым пирамидам нужны лишь ваши деньги. Финансовой секте нужны не только ваши деньги, но и вы сами с потрохами. Логика проста: облапошенный и брошенный на произвол судьбы человек будет скандалить, митинговать, а то и мстить. Очень скоро «обманутых вкладчиков» наберётся целая толпа, а толпа опасна. Кому это надо? Кроме того, мало постричь овцу, но желательно ещё и шкуру ободрать, а поди её теперь поймай. Да и это бы не вопрос, но слишком уж героический образ получается у безвинно пострадавшей овечки. Общественность взбунтуется и непременно встанет на её защиту. Поэтому надо сделать так, чтобы овца добровольно, сама содрала с себя шкуру, после чего сделала бы книксен и по-волчьи оскалилась. Вот и нет пострадавших. Вот и славно. Остался совсем пустяк: доходчиво объяснить стаду, что это была вовсе не спятившая овца, а лучший представитель вида и пример для всяческого подражания.
Вот вам стиль финансовой секты!

В чём сучность
Новобранцу сразу и невдомёк, что отныне он может забыть о своей прошлой профессии. Он заплатил 3000 долларов (это не опечатка) за обучение новой профессии. Он – будущий волк, но до поры, правда, работает собакой. Без всяких прав, но с обязанностями. Старшие товарищи начинают его натаскивать на людей, учить с ними работать, отличать перспективных людей от неперспективных.
Перспективными считаются люди жадные до денег, но пока их не имеющие (имеющие могут догадываться, что деньги не растут на деревьях). Придётся посещать и семинары – овладевать наукой манипулирования. Дисциплина в коллективе строгая: ослушаешься – зачмарят, презирать будут. Молодого никак нельзя оставлять без помощи и внимания. Ведь если он не сдаст в секту своих друзей, для кого же тогда собрания устраивать? Самих себя охмурять, что ли? Грамотным должен быть волчонок, владеть психологическими приёмами.
На этом этапе многие ломаются. Вроде и желание есть, вроде и совесть уже там, где надо (в заднице), но что-то не выходит каменный цветок.
В рабочем коллективе секты не канают оправдания типа: «среди моих друзей мало придурков» или «у меня мало друзей, потому что я сам придурок». Не-е-т! Это – дилетантский подход. Ты предоставь опытным товарищам списочек своих друзей и охарактеризуй каждого. Помогут. К каждому можно найти подход, просто волчонок ещё этого не знает. Ну, если уж и после такой помощи ничего не получается… что ж, дружище, мы честно пытались сделать из тебя человека, но работать за тебя мы не можем, – своих дел по горло. Три тысячи ты заплатил (с паршивой овцы хоть шерсти клок) и ничего нам не должен. Тебе не на что жаловаться. Действительно – сам виноват!
Между прочим, друзей сдавать выгодно. Сдал четверых, заплатили они каждый по три, – вот и отбил ты свои три тысячи! А девять тысяч – тем, кто повыше рангом. Ничего, будешь и ты «повыше», какие твои годы.

Первая кровь
Как только удаётся волчонку пригласить своего друга на собрание (каждая суббота и воскресенье), так сразу собирается вся группа (ветвь, на которой волчонок пока лишь листик) во главе с РГ (руководитель группы). Волчонок максимально подробно сливает всю информацию о друге: с кем живёт, зачем живёт, чем дышит, сможет ли «организовать сумму» (на их сленге – добыть где-нибудь три тысячи). Тут же составляется и план действий: кто и в какой момент подойдёт к «гостю» на собрании, о чём будет беседовать; кто займётся его дурой-женой. Денис, кстати, отрекомендовал меня как любителя баб, казино и крепких напитков, безуспешно занимающегося рекламой в маленьком агентстве. Жена – челнок. Возит контрабандой гладильные доски из Финляндии. Забитое созданье, вечно смотрящее в рот распоясавшемуся мужу. Идеальная пара!
Что ж, роли распределены, задачи поставлены. Наступает момент истины.

Благородное собрание 1
Тут у нас вышла осечка. Положено, даже гостям, быть в пиджаках и галстуках (строят потихоньку, с самого начала). Мы были уверены, что пустят нас и без галстуков. За свои-то деньги! Нет, мы ошиблись. Схема работает как часы и доскональное соблюдение всех правил – момент принципиальный. В зал, на само шоу, нас не пустили. На следующий день Денис получил нагоняй за безалаберность и был приговорён к усиленному обучению на семинарах, – чтоб впредь слушал, что старшие говорят, а не ворон ловил. Пришлось нам ждать целую неделю следующего собрания. Любопытный штрих к портрету секты, согласитесь.

Благородное собрание 2
Сияя галстуками, мы прибыли вовремя, то есть ровно за час до шоу. Этот час у них называется «золотым». За этот час «гость» должен успокоиться, расположится душой к фирме, и подивиться большому количеству успешных, обаятельных людей. Кто из них тоже «гость» отгадать практически невозможно – все в галстуках. Халявных фуршетных столов нет. Хочешь кофе, – иди покупай.
Одиночество «гостям» не грозит в принципе. Группа таскается за «гостями» хвостом и настойчиво ведёт светскую беседу. Строго по очереди «случайно» под-ходят люди разных профессий, но знающие толк и в бабах, и в казино, и в рекламе. Натружено улыбаются, трясут руку и без малейших признаков артистизма произносят текст. Пробовал сразу отворачиваться, – всё равно произносят. Подскочил даже сотрудник органов! Этот оказался и артистичен и естественен. Видимо многолетняя привычка брехать людям прямо в глаза – закаляет. В какой-то момент подошёл даже сам РГ. Несколько вопросов, не нуждающихся в ответах… и нет его (он один, а нас много). «Жена» добросовестно «смотрела мне в рот» и стоически пыталась не захохотать в голос. «Золотой час» пролетел незаметно.

Сверхзадача
Всё благородное собрание затеяно ради пятнадцати-двадцати сегодняшних «гостей». Массовка прекрасно организована, и каждый знает своё место. Отрепетировано всё до мелочей. Даже вход в зал происходит мгновенно. Уж вот ты и сидишь в окружении своей группы, причём в первых рядах.
До самого последнего момента «гости» не должны знать, какое откровение их ждёт. «Настоящий друг» обязан был сохранить это в тайне. Трёхчасовое шоу со-стоит из двух актов и разворачивается не только на сцене, но и вокруг. Весь зал работает на «гостей»: активно реагирует на «доводы», весело смеётся над «шутками». Эти три часа должны стать (и становятся!) поворотными в судьбах «гостей». За три часа люди должны убедиться в действенности системы, поверить в неё и принять решение. Принять решение – и незамедлительно, в тот же день, найти и заплатить деньги (надо, так и на машине отвезут за деньгами). Время дорого: любой сбой эмоционального настроя может заставить «гостей» одуматься, а потому недопустим. Массовка, кстати, нужна ещё для того, чтобы у пятнадцати охмуряемых сработал заложенный природой стадный инстинкт («Пойдите на Кузнецкий, – все в лаковых»). Ещё массовка следит, чтобы приговорённые случайно не встретились и не начали делиться восторгами. Жертва – зырк, зырк по сторонам… а кругом одни добрые, внимательные глаза.

Шоу (в двух актах)
Поехали! Громко звучит динамичная музыка. В какой-то момент весь зал одновременно вскакивает на ноги, начинает неистово аплодировать и кричать: «хей! хей! хей!». На сцену вылетает человечек приятной округлости, тоже аплодирует и кричит свой хей. Это – сам исполнительный директор! Минута – и, как по команде, аплодисменты стихают. Все садятся. Время пошло: никаких дискуссий в зале и никаких сомневающихся лиц вокруг. Только слушать и записывать. Все вопросы потом, на индивидуальном собеседовании с РГ. Льющаяся со сцены информация – смесь очевидного с невероятным. Заходят издаля: рассуждают о богатстве и бедности, лени и трудолюбии. Обсуждают психологические типы людей. Хвалят умных и хватких. Ругают остальных. Рисуются схемы и таблицы. Из них видно, как будут делить твои деньги. Видно и сколько тебе потом отвалится от денег твоих друзей. Таблицы просты, как дважды два – четыре. Как с ними спорить? Соглашаться надо! Для шибко грамотных приводится даже устаревшая по сектантским понятиям формула: деньги – товар – деньги штрих. Батюшки! – нервничает начитанный клиент, – а товар-то где? Спокойно, чучело. Есть товар! Всем товарам товар! Вот он: Разум, Воля, Интеллект! Да, да, вы не ослышались, именно «разум» и продают волшебники изумрудной секты, по 3000 долларов за горшок! Каково? С таким-то разумом, как не стать миллионером? В своём цинизме они даже правы, – разум если кто и купит, то только тот, у кого его нет!
На фоне ослепительной перспективы обретения, наконец, разума, просто нелепо задаваться ничтожными вопросами типа: Из каких сумм выплачиваются налоги государству? Кто оплачивает аренду конференц-зала? Кто платит зарплату многочисленной охране? Где складируются тонны уже заготовленных рогов и копыт? Кто, наконец, отстёгивает гонорар велеречивому клоуну, исполняющему со сцены арию исполнительного директора? Хотя и долдонит парень один текст из месяца в месяц, так ведь тут проникновенность нужна и густой баритон…
В коллективном потоке восторга не хочется думать о суете мирской.

В луже нельзя утонуть… можно только утопиться.
Прямо с горячей лапшой на ушах «гостей» тащат на собеседование. В закутке расставлены столы и за каждым торчит по РГ. Довольно громко играет музыка, дабы обеспечить конфиденциальность переговоров. Зовут и нас с «женой». Плюнуть бы, да хлопнуть дверью так, чтоб штукатурка посыпалась, но – миссия… Собеседование собеседованием вовсе не является. РГ задаёт вопросы, на которые может быть только один ответ – «да». Эти «да» он крупно рисует на какой-то бумаге. Штук пять «да» нарисовано, – консенсус, стал быть, достигнут. Пожалуйте денежки. Ага, сейчас, только шнурки погладим! Начинаем гнуть своё: вступим, мол, в секту потом, как только вернёмся из командировки. РГ убегает в гримёрку советоваться с исполнительным директором: – Нет, невозможно. Надо деньги сперва за-платить! – ОК! А не интересует ли фирму азартная «пномпеньская диаспора», у которой много денег и в которой у нас агромадные связи? – РГ опять убегает. Прибегает: – Сначала деньги, а потом обсудим диаспору! – Ну, хватит, думаем мы. – А вот, предположим, не можете ли вы, товарищ любимый руководитель, записать нас в свою армию не за три тысячи долларов, а доллара за три и в кредит?.. – Побагровев (догадался, наконец), РГ убегает и вертается из гримёрки с нашим «договором», на котором жирным красным маркером накарябан приговор: «ОТКАЗАТЬ НАВЕЧНО!!!». …Спасибо хоть не без права переписки!
Меж тем процесс идёт: То и дело из переговорного закутка выходят люди, которых массовка встречает овациями и криком: «Поприветствуем новых членов нашей команды! ааааа! хей! хей! хей!..»
Мы выходим из закутка понуро, как последние изгои – под гробовое молча-ние публики. Утешало нас то, что явно не мы одни в тот вечер остались без аплодисментов…

Имидж – ничто, жадность – всё!
Секты многолики. Описанная мной, например, прикинулась «Российским общественным фондом» и стратегически верно расположилась прямо напротив Смольного. Любопытно, но на своих утренниках сей «общественный фонд» почему-то не приводит список благотворительных проектов, в которых участвует деньгами (хотя это был бы сильный козырь). А если даже и активно участвует, так что с того? Дырявое законодательство и людская доверчивость ещё не основания, чтобы вот так, под аплодисменты, иметь наших граждан… куда попало.
Может, хватит под благовидными предлогами в конвейерном режиме ссучивать население? Может, имидж Петербурга стоит больше, чем мзда, которую эти галстуки платят? А может всё это вообще не деньгами мерится?

Авдеев Сергей
(хей! хей! хей!)