Наблюдения изнутри Индии, сквозь девственно прозрачный мозг Опции

[bulletman]

Как-то так получилось, что Индия никогда меня не интересовала, ни в плане туризма, ни в плане любопытства и истории. Таким образом, знания о ней ограничивались у меня сказками Киплинга, сведениями, полученными во время многочисленных занятий по истории в различных учебных заведениях, а так же из изредка прочитываемых статей случайно попадавшихся блогеров и изданий.

В общем и целом, к моменту наступления описываемых событий про Индию я знал то, что она была колонией Великобритании, в ней водятся слоны, тигры и удавы, живёт неисчислимое множество дико бедного народа, поделённого на касты и что там очень жарко.

С таким нехитрым багажом я и встретил предложение отправиться в эту страну для оценки работы тамошних геологов для нашего проекта.

Надо сказать, что народу туда собиралась масса, но все по своим направлениям, с моим не имеющим ничего общего. Так что при дележке ограниченного числа переводчиков встал вопрос, кому такового не достанется.

Вооружившись уверенностью в своём владении английским, а также пониманием, что в пользу одного человека вряд ли решат вопрос в ущерб интересам любой группы - проявил недюжинное благородство и заявил, что в услугах толмача не нуждаюсь. Решение, как позже выяснилось, было совершенно правильным. Полное погружение, только аутентичность, только хардкор!

Итак, из противной слякоти и серости (дело было в декабре) самолётами Аэрофлота, через Москву, я отчалил навстречу любопытству в далёкую страну.

Перелёт занял что-то около восьми часов, вместе с пересадкой и посещением шереметьевских кабаков вперемешку с дьюти фри. При подлёте к Дели картинка внизу стала казаться расплывчатой, что было поначалу отнесено либо к туману, либо к рассеянности внимания.

Но какое там!

Когда выходы открылись, в салон пахнул душный ночной индийский воздух с густым запахом гари.

~ Горят. Подумал я.

~ Смог! Обьявил командир экипажа.

И я шагнул в другой мир.

Аэропорт Дели сразу, без прелюдий, шокировал количеством людей. Какое там Шереметьево, какой там Мюнхен! Тысячи. Нет, десятки. Нет, сотни тысяч людей в броуновском движении заполонили собой бесконечное здание аэропорта.

Они толпились в холлах, в залах ожидания, в очередях на получение багажа, в курилках и на эскалаторах.

Люди ходили, галдели, ели, разговаривали по телефону, спали где попало и вообще были. Всюду.

В холле с паспортным контролем царил адЪ.

И я двинулся в его распростертые объятия. Двухнедельное исследование началось.

Прикрепленные изображения

 

[bulletman]

Когда сутки не спишь, меняешь часовые и климатические пояса, сопровождая это периодическим приёмом антисетиков, пусть даже и в гомеопатических дозах - радость от новых впечатлений постепенно нивелируется усталостью. Это аксиома, но каждый раз - всегда как первый.

Приземление в Нагпуре не стало исключением. Дополнительный отпечаток наложило то обстоятельство, что я так и не смог понять индийский английский бортпроводницы, результатом чего в качестве обеда я получил нечто неопределённое, явно вегетарианское и дико острое. И всё, чего хотелось при выходе из самолёта в жаркий утренний воздух центральной Индии - это забиться куда-нибудь под кондиционер и заснуть.

Ясное дело, такой номер не прошёл бы. В аэропорту меня должен был встречать местный инженер - геотехник. Я ждал багаж у мерно протекавшей мимо ленты и тупил на надпись "Добро пожаловать в оранж сити". Опустошённый мозг так и не сделал вывода, что имелось в виду под оранжем. Не то апельсины, не то цвет. Вникать не хотелось, а за дверьми холла в розоватом мареве ожидали полноценные 35 градусов по Цельсию. Где-то там же должен был быть и геотехник, но вкралась тайная надежда, что он забыл, потерялся, пропал, вспомнит обо мне завтра.

Не получилось, не срослось.

На выходе, который показался входом в сауну, встречающих было немного. Да что там, встречающий был один - невысокий человек ещё не среднего, но уже близко к тому возраста в брюках, казённого цвета голубоватой рубашке и очках. Он был похож на любого индийского специалиста из любого американского фильма про апокалипсис, катастрофу или битвы хакеров.

Поздоровались, представились, я не разобрал, как его звать, а он звал меня как-то труднопроизносимо.

Поехали в гостиницу. Наше пребывание было определено заранее, так что я как доктор Айболит твердил одно и то же слово - Мангоотель, Мангоотель, Мангоотель. Жаль, что ни геолог, ни водитель понятия не имели ни о каком отеле Манго. Гуглокарты тоже путались в показаниях.

- Аааа, пёс с ним! Подумал я. Приедут остальные - там разберёмся.

- Поехали работать, друзья! И сам замолчал от неожиданности.

Компаньон посмотрел на меня с лёгким недоумением. Он выразил сомнение, что я готов сейчас ехать на объект запекаться под солнцем и пылиться, всё ж из холодной сумрачной России прибыл только что. Водитель никак не посмотрел. Водитель, как выяснилось, по-английски не понимал ни бельмеса, поэтому просто рулил в неопределённом направлении.

Видимо, сознание моё и впрямь пребывало в сумрачном состоянии, потому что недоверие геотехника меня возмутило, так что я заявил, что я, как представитель заказчика, сам определяю, когда мы едем работать, а когда нет, таки исполняем.

Правин повиновался, но, как мне показалось, с неохотой. И попросился переодеться, таким образом, мы всё равно поехали в Нагпур, в его гостиницу.

Да, звали его Правин. Правин Кумар. Насколько я успел уяснить, каждый что-то из себя представляющий человек в Индии просто обязан иметь приставку Кумар. Все руководители моего проводника, а так же руководители руководителей и даже хозяева последних - были Кумарами. Это что-то типа титула, вроде принца. А попросту - некое подчёркивание своего отношения к высшим слоям общества. Конкретно - к браминам. Ясное дело, тогда я ничего этого не знал, был мучим изжогой, недосыпом и находился в прескверном настроении.

Так вот. Когда мы таки попали в Нагпур. Когда стало ясно что мы таки да, в городе.

Тогда я понял, что такое много людей. Аэропорт Дели был пустынен, как побережье Северного Морского Пути, по сравнению с тем, что из себя представлял индийский провинциальный промышленный город в час пик.

Люди, машины, мотоциклы и автобусы двигались сплошной массой, заполняя собой всё пространство улицы. Двигались одновременно сразу во всех направлениях, непрерывно сигналя, крича и коптя дымом, сплёвывая длинными розовыми плевками, куря и разговаривая по телефону. Я наблюдал модель броуновского движения в густой кипящей жидкости. Мозг хотел отключиться и просил пощады, но зато я понял, почему никто не знает название моего отеля. В провинциальном городке Нагпуре, который и на карте-то не вдруг найдёшь, проживает официально три миллиона человек. А по факту - кто их считал, три или восемь.

Первый шаблон с успехом треснул, с тех пор моё представление о том, как может выглядеть райцентр, крепко расширилось.

А дальше началось сплошное столкновение разных культур, открытое противостояние и непрерывное взаимное познание.

Для начала Правин предложил мне поселиться в той же гостинице, что и он.

На тот момент предложение меня шокировало, потому что решительно невозможно ютиться в таком тесном, напичканном людьми тёмном пространстве и при этом спокойно спать. Закрадывались мысли о тропической лихорадке, опиумных притонах и шалманах индийской мафии. Отказано, у меня есть договорённость с коллегами, гостиницу найдём. Тем более что даже тараканы с клопами не казались чем-то негативным при виде этой гостиницы, скорее старыми знакомыми.

Потом мы отправились завтракать...

Вообще, если представить себе безвкусную манную кашу, бесформенным комком брошенную на пластиковый поднос, в остальных ячейках которого находится нечто неопределённо зелёного или бурого цвета - то получится подробный образ моего первого индийского завтрака. В кафе всё равно не понимали по-английски, а я не говорил ни на маратхи, ни на хинди. Поэтому попросил Правина заказать мне такой же завтрак, как ему.

Кто ж знал, что он из племени людей - огнеедов???

Первое моё знакомство с местной кухней ознаменовалось рыданием. Беззвучным, но обильным.

В принципе, я достаточно всеяден и быстро приспосабливаюсь к обстановке, с такой профессией иначе - никак. Но это было полной неожиданностью, потому что манная каша без соли и сахара фактически несъедобна, зато... зато политая неизвестными соусами - эпически острая. Острая настолько, что я не знал, что так бывает. И зрительно это никак не подозревалось, что наложило, безусловно, отпечаток.

- Правин, что это???

- Это ... (я не разобрал), традиционное блюдо в этой части Махараштры. Фаст фуд.

И безмятежно уминал это полными ложками, бессовестно глядя в мои багровые глаза, рыдающие пламенем.

- Можно попросить их дать мне что-нибудь попить? Срочно! Прям вот сейчас?!!!

- Что именно?

- Да что угодно! Оливковое масло!

- ??? Какое? Судя по всему, в Индии оливковое масло не в почёте.

- Любое!

Впрочем, он всё же понял, что я по каким-то причинам испытываю жажду и попросил сделать мне сок, судя по тому, что официант отправился к жутко древней и адски грязной механической соковыжималке давить мне сок из каких-то фруктов. И, вот она, живительная сила новых впечатлений - я выпил эту чашу до дна залпом, потом попросил ещё. Невзирая на то, что забегаловка выглядела в целом как туалет на Витебском вокзале в худшие его времена, а поддон для сока - как унитаз в отправлявшихся в то время с него поездах...

...после завтрака мы таки отправились в прерии, на работу. Вспомнив об антураже забегаловки, достал из рюкзака фляжку с виски и отпил треть. Мой друг - индийский геотехник смотрел в окно и, как мне показалось, думал обо мне презрительные мысли. Скорее всего, нет, но мне тогда хотелось так думать. Потому что чувствовал я себя на редкость не особо...

Прикрепленные изображения